Анемия Даймонда-Блэкфана

Анемия Блэкфана-Даймонда (АДБ) — врожденная арегенеративная, часто макроцитарная анемия с эритробластопенией.

Ежегодная заболеваемость среди населения Европы оценивается примерно в 1/150 000. Анемия встречается с одинаковой частотой у представителей обоих полов, этническая предрасположенность не выявлена.

Анемия выявляется в раннем возрасте, обычно в течение первых 2 лет жизни; постановка диагноза после 4 лет крайне маловероятна. Бледность и одышка, особенно во время кормления или сосания, являются основными тревожными признаками. Бледность бывает изолированной, без органомегалии, признаков, указывающих на гемолиз или поражение других линий кроветворных клеток. Более половины всех пациентов с АДБ имеют низкорослость и врожденные аномалии, наиболее частыми из которых являются краниофациальные (синдром Пьера-Робена и расщелина неба), аномалии большого пальца и мочеполовой системы. Беременности у женщин с АДБ в настоящее время классифицируются как имеющие высокий риск, как для матери, так и для ребёнка. Пациентки с АДБ также могут быть подвержены повышенному риску развития лейкемии и рака.

В настоящее время мутации, вызывающие заболевание, выявляются у 40–45% пациентов. Все затронутые гены кодируют рибосомные белки (РП) либо малой (RPS7, RPS17, RPS19, RPS24), либо большой (RPL5, RPL11, RPL35a) субъединицы рибосомы. Мутации в RPS19, RPL5 и RPL11 встречаются у 25%, 9% и 6,5% пациентов соответственно, тогда как мутации в других генах встречаются лишь в 1–3% случаев. Единственная чёткая корреляция генотипа и фенотипа, установленная на данный момент, заключается в частой встречаемости краниофациальных аномалий у носителей мутаций RPL5 и RPL11 и редкости этих аномалий у носителей мутации RPS19.

У ребёнка с анемией и эритробластопенией диагноз может быть подтверждён семейным анамнезом (10–20% случаев), сопутствующими пороками развития (40% случаев) и повышенным уровнем аденозиндезаминазы эритроцитов (EAD), что является частым, но неспецифическим признаком, который может быть повышен и у родственников при отсутствии других симптомов АДБ. Выявление мутации, вызывающей заболевание, имеет диагностическое значение.

Дифференциальный диагноз следует включать транзиторную эритробластопению, хроническую инфекцию, вызванную парвовирусом B19, и другие врождённые анемии.

Генетическое консультирование и пренатальная диагностика затруднены из-за вариабельности клинических проявлений и того факта, что только у 40–45% пациентов выявлена мутация в гене RP. В семейных случаях риск рецидива составляет 50%. Во всех случаях рекомендуется тщательное ультразвуковое наблюдение во время беременности.

АДБ наследуется как аутосомно-доминантный признак с вариабельной пенетрантностью.

Двумя основными терапевтическими подходами являются регулярные переливания крови и длительная терапия кортикостероидами. Лечение должно быть адаптировано к каждому конкретному случаю и возрасту пациента. Стероиды не следует назначать в течение первого года жизни. Низкорослость, возникающая как часть синдрома, так и вследствие осложнений, связанных с лечением (стероиды, гемохроматоз), является серьезной проблемой для этих пациентов. Аллогенная трансплантация костного мозга должна рассматриваться у пациентов с кортикорезистентностью при наличии здорового и HLA-идентичного сибса.

Прогноз в целом благоприятный. Однако осложнения лечения и более высокая заболеваемость раком могут снизить продолжительность жизни. Тяжесть заболевания зависит от качества и эффективности лечения. У пациентов, получающих регулярные переливания крови, качество жизни заметно снижается.

Этот текст был переведен ФГБНУ «МГНЦ», г. Москва, Российская Федерация